womenadvisor.ru
robertpattinsonunlimited.com

КАК ОЛЕГ ТАБАКОВ ПРЕДАЛ КОТА МАТРОСКИНА. Можно ли за 3 минуты убить 60-летнюю репутацию?

Есть толстовская формула масштаба человека, где в числителе то, что он есть, а в знаменателе то, что он о себе думает. Чем больше знаменатель, тем меньше дробь. Последние события подсказывают формулу цены сказанного слова, обнуляющего
прежний масштаб человека. Вот был человек, уважаемый, заслуженный, любимый миллионами. Копил эти любовь и уважение десятки лет. Они, эти любовь и уважение миллионов образовывали вокруг человека теплый кокон приязни и почета, в котором человеку было комфортно существовать. Иногда этот кокон разворачивался в крыло парашюта, на котором любимец публики парил в небесах. И вдруг… нет, конечно, не вдруг для самого человека, но вдруг для миллионов его поклонников, человек говорит или делает нечто, протыкающее этот кокон, как осколок снаряда протыкает купол парашюта. Сначала ничего не происходит. Потом начинается падение…

В августе этого года Олегу Табакову исполняется 80 лет. Но юбилей уже отмечается полным ходом. Сыграна главная роль в спектакле «Юбилей ювелира», которую специально в честь юбилея Табакова поставил режиссер Константин Богомолов. Королева Великобритании Елизавета Вторая направила Олегу Табакову письмо с благодарностью за исполнение этой роли. Вот вас английская королева когда-нибудь благодарила? А кого-нибудь из ваших знакомых? Во-о-т! А Табакова поблагодарила.

Юбилею Табакова посвятил один из своих монологов Михаил Жванецкий. Вам или кому-нибудь из ваших знакомых Михаил Михайлович посвятил не то, чтобы монолог, а хоть одну из своих бессмертных строчек? Вот именно. А Табакову посвятил.

Родина Олега Павловича, Саратов, готовится к его юбилею как к серьезному государственному празднику. В правительстве области прошли специальные заседания, есть план мероприятий, мастера уже получили аванс и работают над памятником, местные краеведы готовят специальную экспозицию: «Табаков в Саратове».

Параплан всенародной, а также государственной любви возносил Олега Павловича куда-то в совершенно стратосферные выси. Тут надо сказать, что Олег Табаков, он ведь не только всенародный любимец, но и всегосударственный. Орденов и медалей у него столько, что, если не знать их названия, можно решить, что Олег Павлович лично брал Берлин, причем в одиночку, или как минимум неоднократно летал в космос, причем без всяких приспособлений, на одной силе таланта.

Так вот. Летел, значит, Олег Табаков на крыльях народной любви к своему юбилею, как вдруг, 8 июля раздался звонок из телекомпании РЕН-ТВ. Просят дать комментарий о «черном списке» российских артистов, введенном украинским Минкультом. И нет бы Олегу Павловичу сослаться на плохую связь, или на худой конец просто сказать, мол, осуждаю и все. Еще можно было отшутиться, мол, хорошую вещь «черным списком» не назовут (это я на будущее другим народным любимцам подсказываю). Но Табаков раскрыл перед журналистами и перед аудиторией РЕН-ТВ душу, а ее содержимое как раз и стало тем острым предметом, который проткнул кокон всенародной любви, и стала она теперь уже далеко не всенародная, а в дальнейшем может и дальше сдуваться, пока не сдуется до прохладного признания былых заслуг. Да, был такой лицедей, играл неплохо… Когда-то…

Своим незабываемым голосом кота Матроскина-Суходрищева-Шелленберга, Олег Павлович сказал об украинцах: «Они и так не очень просветленные. Как бабушка в сердцах говорила: «Та плюнь ты на них. Это ж тэмни та нэграмотни люды»…

На миг мелькнула надежда, что на этом любимый артист остановится. Но любимого несло прямиком в ад. «Беда в том, что люди нормальные будут страдать от того, что нормальная информация никак к ним не попадет. Я вам так скажу: стыдно за те мерзости, которые они делают, убивая людей и разрушая их жилища. А так, откликаться на них… Я махнул рукой, несмотря на то, что у меня одна четверть крови украинская».

Вот сейчас бы еще остановился, и все бы обошлось. Подумаешь, насмотрелся человек федеральных каналов, сказал глупую гадость, с кем не бывает. Все еще можно повернуть и вернуть. Но нет, Табаков несется на всех парах к своей моральной гибели. «Я жалею их, понимаете? Они в каком-то смысле убогие. А сейчас я совсем такую сакраментальную (!) мысль вам скажу. Беда же настоящая заключается в том, что во все времена их лучшие представители интеллекта, литературы – они по сравнению с русскими были где-то на второй или третьей позиции. Ну, может, Тарас Григорьевич выделялся в лучшую сторону…».

Отбросим смешки над тем, что человек не знает значение слова «сакраментальный», которое в данный текст не монтируется ни в каком их двух своих значений, ни как «сакральный», ни как «традиционный». Это совершенный пустяк, оговорился человек.

Отбросим сказанную им подлую ложь про то, что именно украинцы и только они виновны в убийствах и разрушениях в соседней стране. Жаль, конечно, что эту подлую ложь произнес человек, без которого не очень просто представить себе здоровенный пласт советской и постсоветской культуры. Это больно, но терпимо. Гадости и глупости о руководстве любой страны бывают несправедливы, но их можно отнести в разряд неприятных политических настроений человека и с этим смириться.

А вот то, что Табаков свое «убогие» адресовал уже не к Порошенко и Яценюку, а ко всему украинскому народу, ко всей украинской интеллигенции, причем не только к современной, подчеркивая ее второ- а то и третьесортность, это уже настолько напоминает нацизм, что слово «напоминает» скорее всего, лишнее. Если быть предельно точным, то что он сказал, диагностируется как проявление великодержавного шовинизма.

Олег Павлович Табаков – великодержавный шовинист. То, что он, безусловно, не политический шовинист, а бытовой, как бывают бытовые антисемиты, — не делает катастрофу его репутации менее фатальной. Внешне у него все будет нормально. Власти и миллионы зомбированных отношения не поменяют. Юбилей пройдет с намеченным размахом. Но институт репутации не имеет никакого отношения ни к власти, ни к миллионам зомбированных. Репутация Табакова умерла 8 июля 2015 года.

табаков

Полагаю, что абсолютное большинство из 40 миллионов граждан Украины больше не смогут воспринимать Табакова, его роли, спектакли и фильмы,как прежде. Художественное восприятие так устроено, что очень сложно отделить личность художника от произведения. Все богатство театральных и кинематографических образов и ассоциаций, связанных с Олегом Табаковым, в диапазоне от Ильи Ильича Обломова до кота Матроскина с Суходрищевым, сузится даже не до Шелленберга, а до голубого воришки Альхена и мисс Эндрю, которые будут отныне восприниматься не как роли, а как истинная суть Табакова. Нет никаких сомнений в том, что путинский морок рассеется и в России. И в России репутация тех, кто в наиболее яркой форме засветился в антиукраинской кампании, будет обнуляться. Жаль, что Олег Павлович Табаков в этой компании засветился так ярко и недвусмысленно.

Жаль еще и потому, что сравнительно недавно Табаков был способен на иные поступки. Об одном из них пишет Виктор Шендерович в книге «Здесь было НТВ» в том месте, где речь идет о сборе подписей в защиту НТВ зимой 2001 года. Подпись под такой бумагой уже в то время была неплохим тестом на человекообразие. Вот показания свидетеля со стороны защиты Виктора Шендеровича:

«Мой учитель и кумир юношеских лет художественный руководитель МХАТа Олег Табаков прочел текст, шумно втянул в себя воздух, поморщился, сказал:

– Витек, мне ж Волошин помогает с театром…

– Я пришел не к директору театра, а к гражданину России Олегу Табакову.

Это был удар ниже пояса. Мой любимый Олег Павлович крякнул, подтянул к себе лист, размашисто подписал и, как мне показалось, с облегчением откинулся в кресле».

Прошло 14 лет и Табаков сейчас говорит то, что мы все слышали. Каждый взрослый человек отвечает за сказанное сам. Табаков, накануне своего 80-летия может считаться, несомненно, взрослым человеком. Но в трансформации не только Табакова, но и миллионов других россиян из вполне нормальных людей в совершеннейших монстров, несущих нечто непотребное, виноват, наряду с ними самими, еще и путинский режим, который создал этот механизм зомбирования и запугивания, при котором люди раскрывают миру самые отвратительные свои свойства.

Благодаря этому интервью Табакова, мне теперь сложно будет когда-нибудь пересматривать «Неоконченную пьесу для механического пианино», «Несколько дней из жизни Обломова», «Полеты во сне и наяву», «Ширли-мырли», а также составить компанию внукам в просмотре «Простоквашино». И это немножко удлиняет мой личный счет к нынешней власти.

Игорь Яковенко