womenadvisor.ru
robertpattinsonunlimited.com

ПОЧВА КОНТРРЕВОЛЮЦИИ. Кто и что стоит за атакой на «днепропетровцев»?

Ранним утром 31 октября 2015 года, с обысками в офисах партии УКРОП и задержанием её лидера Геннадия Корбана, в Украине началась активная фаза контрреволюции.

Ситуация исторически уникальная.

Инициировать погром УКРОПа не мог никто, кроме как лично президент Порошенко. Тот самый, что пришёл к власти на революционной волне и в критических условиях российской агрессии, получив невиданный для постсоветской Украины мандат доверия в 54,7% голосов в первом туре.

Попытки объяснить погром борьбой с олигархами, «старыми схемами» и оргпреступностью не выглядят убедительно, потому что речь идёт о прессинге политической партии. В контексте незавершённых местных выборов президентская силовая вертикаль открыто играет на стороне пророссийских реваншистов «Оппозиционного блока» против команды Коломойского, весной 2014 года сломавшей проект «Новороссия» и отстоявшей независимость революционной Украины.

Но это не борьба двух революционных сил. Это не классическое развитие революции через «пожирание детей», не Термидор для якобинцев, не Сталин после Ленина, а самая настоящая контрреволюция. Союз главного бенефициара революции с осколками старого режима беспрецедентен.

Небольшая ретроспектива событий поможет понять логику процесса и мотивацию решений президента.

25 марта Коломойский был вынужден уйти с поста главы Днепропетровской ОГА, лишился мощного административного ресурса и под мощным огнём пропрезидентской пропаганды превратился в олигарха, бизнес-интересам которого с марта 2014 по март 2015 гг. случайно оказалось по пути с нуждами Украины, а потом дороги вроде как разошлись. Доказательств вреда команды Коломойского украинской гражданской нации (не политической системе и не бюрократии) представлено не было, да особо и не требовалось. Сверхбогатых не любят везде, особенно на постсоветском пространстве, где большая часть взрослого населения помнит 1990-е, свои финансовые трудности и резкий взлёт благополучия немногих на вопиюще несправедливой приватизации и откровенном криминале.

Но как бы ни были крепки негативные стереотипы об олигархах, надо признать, что в тот трудный для страны год Коломойский и его команда вели действовали не как олигархическая группа, а как государственники с глобальным мышлением. В критический момент они проявили себя умнее и креативнее не только всей украинской элиты, но и западного политикума. О планах Путина распилить Украину на две части знали и в Европе, и в Штатах не позднее начала февраля 2014 г. Российская пропаганда была переполнена соответствующим контентом с декабря 2013-го. Но только эта группа лиц с контраверсивной репутацией восприняла безумный сценарий Кремля всерьёз и начала слаженно работать на его упреждение. Асимметричные, нестандартные ходы позволили остановить движение огромной машины гибридной войны, на которую работала 2-я по мощи армия и 7-я экономика мира.

Другое дело, что далеко не всем инициативам этой команды суждено было воплотиться в задуманном виде – в силу отсутствия достаточных ресурсов и отказа центральной власти в поддержке, порой совершенно иррационального.

К примеру, мало кто знает, что в августе 2014 г. был открыт англоязычный информационно-аналитический телеканал Ukraine Today. Такое ТВ стратегически необходимо для национальной безопасности Украины, потому что мировое сообщество черпает информацию о российско-украинском конфликте из таких кладезей, как Russia Today и Sputnik – государство Украина за 24 года так и не озаботилось созданием эффективного иновещания.

Создание эффективного оружия сопротивления кремлёвской пропаганде – неподъёмная задача для украинского частного капитала. Казалось бы, государственно-частное партнёрство – идеальная форма для быстрого развития проекта, который так нужен для позиционирования Украины в мире и отстаивания интересов на международной арене. Но Банковая отказалась поддержать Ukraine Today, а МинСтець в пику Коломойскому (иначе не объяснить) объявил о работе над собственным проектом с такой же концепцией. В результате ни один из проектов не развился до нужного уровня, а мир продолжает питаться контентом, поставляемым Russia Today.

Когда президентская вертикаль начала публичную фазу борьбы с Коломойским за контроль над «Укрнафтой», общество встало на сторону президента – поверили, что это первый шаг системной деолигархизации. Но в ходе этой кампании ни один олигарх, кроме Коломойского, не пострадал. Вся королевская рать, включая Михеила Саакашвили, была мобилизована на войну против группы «Приват».

Практически все медийные сражения против «олигархии», которые вёл и продолжает вести Саакашвили, направлены лично на Коломойского и ФПГ Приват, начиная с МАУ и заканчивая портовыми профсоюзами.

Отдельным сюжетом была избирательная кампания в Чернигове, где команда президента пошла на многократные нарушения, чтобы продавить своего кандидата. Стиль кампании Березенко и виды электорального мошенничества, которые в ней использовались в апреле – июле 2015 г., характерны для устоявшихся «выборных» автократий (админресурс + патрон-клиентские традиции). Именно на этих выборах команда Порошенко “вскрылась” как олигархический клан, защищающий исключительно свои частные интересы и не имеющий обязательств перед избирателями. Там впервые Саакашвили, имевший реноме прогрессивного реформатора, открыто выступил в роли пиарщика кланового кандидата.

Вакханалия админресурса высшего уровня на выборах, совсем некритичных для обеих сторон, показала, что Порошенко не над схваткой и не первый среди равных, если речь идёт о конкуренции с Коломойским, пусть опосредованной. Репутационные издержки от этой кампании заставлют подозревать, что целерациональное полагание не было в ней основным для президента.

К эпизодам подобного рода относится, видимо, и политический проект «Наш Край», который связывают с президентом. Потому что если внимательно посмотреть на поле его деятельности, получается, что он был организован против не Оппоблока, а партии «Вiдроження», аффилированной с Коломойским. Оппоблок имеет сейчас одно из самых чётких позиционирований в украинской системе политических координат – он пророссийский: «мы за мир и дружбу с Россией, пусть будет всё по-старому, как до Майдана».

Вiдроження совсем о другом. Кто-то очень точно назвал его в сети «УКРОПом для бабушек». Агитация Відродження сосредоточена была в этой кампании на социально-экономической проблематике, но с подчёркнуто патриотической “подложкой”. Відродження призвано отражать интересы промышленных регионов – силами “крепких хозяйственников” с проукраинских позиций.

Наш Край появился в публичном пространстве через несколько месяцев после Відродження – тоже с регионально-хозяйственным, но более слабым позиционированием, и зашёл в те же области, что и регионалы Коломойского. В результате проекты Коломойского и Банковой работали на одну целевую аудиторию, пожирая голоса друг друга.

Но полной неожиданностью для президента стал успех партии УКРОП, которой социология за пару недель до выборов не давала и проходные 5%, за исключением базовых областей группы Приват. Кампания, построенная на последовательной и резкой критике власти, позволила мобилизовать неопределившихся и принесла в среднем по стране около 8%. Но такой результат мог состояться не просто у новой партии. Львиная доля этих процентов – репутация команды Коломойского, причём не в отдельных регионах, а практически во всей стране. Притом тему “заслуг перед Отечеством” почти не эксплуатировали.

Харьковский триумф Відродження не представляет опасности для Банковой – эта партия построена по клиентелистскому принципу и не имеет потенциала за пределами тех регионов, где её поддерживают местные патроны. А вот УКРОП, который аккумулирует молодой “майданный” патриотизм, – принципиально иная история.

Когда глава государства чувствует, что почва легитимности уплывает из-под ног, его так и тянет совершить какую-нибудь непоправимую глупость или мерзость, а чаще то и другое одновременно.

В последние месяцы социологические опросы были неутешительны для всей центральной власти Украины: уровень доверия к президенту, правительству и парламенту снизился до худших показателей времён Януковича, и объективных факторов роста рейтингов не просматривается.

Время для радикальных реформ этой властью упущено. Демонтаж постсоветской системы управления, с которого надо было начинать, так и не продвинулся дальше деклараций. За полтора года «глубинное государство», деморализованное в первые месяцы после революции, успешно восстановило повреждённые ткани. Министерства, прокуратура, суды, налоговая система – всё сохранилось по сути в прежнем виде. Единственная цель проводимых «реформ» – поддерживать политическую систему конкурентной олигархии, которая сложилась в Украине за годы независимости, постепенно реструктурируя её в монополию одной олигархической группы.

21 октября, за несколько дней до местных выборов, президент проговорился о своих главных опасениях и планах:

“Сразу же после выборов, я об этом никогда не говорил и не хотел говорить до выборов, но вам скажу: у нас будет четыре года без выборов, без популизма, когда, наконец-то, мы сможем продемонстрировать решительные шаги по развитию нашего государства”.

Вряд ли он забыл, что реформа децентрализации предполагает новые локальные выборы в 2017 г. Речь явно шла о перспективе досрочного роспуска Верховного Рады и новой кампании в парламент.

Оценив предварительные итоги выборов, президент Порошенко обнаружил, что социологи были правы – народной любви не наблюдается, уважения тоже. Более того, локальные политики не бегут выражать лояльность и записываться в партию власти, как при старом режиме, а всё больше возглавляют свои личные или, что особенно неприятно, присоединяются к страновым непрезидентским проектам. Например, к УКРОПу.

И случился кейс Павлограда, где ЦИК пыталась отменить второй тур выборов, когда выяснилось, что в него вышел Евгений Терехов, ветеран АТО из той самой партии. Договорённости с Оппоблоком не проясняют, почему комиссия согласилась угробить остатки репутации, вычеркнув из списков несколько сотен человек. Солидный номенклатурный представитель Оппоблока имел все шансы легко выиграть у молодого оппозиционного кандидата.

После волны общественного возмущения топорным шулерством решение было отменено. И тут же перспективы Евгения Терехова в Павлограде, да и всех остальных кандидатов, не связанных с «начальством», увеличились в разы. Потому что избиратель-клиент почувствовал, что начальство дало слабину, и теперь крепко задумается, не поменять ли патрона. Выросли и акции УКРОПа – партия показала свою силу, отстояв право избирателей и своего кандидата на второй тур.

Через несколько дней был задержан Корбан, который обвиняется, если снять шелуху, в снабжении армии и борьбе с коррупцией, то есть в том, что постсоветская номенклатура, продолжающая править Украиной, делать не умела, не научилась и учиться не пытается.

Президент Украины не нашёл никаких аргументов против политических оппонентов, кроме арестов и обысков.

На местных выборах – не на парламентских.

Этим Порошенко признал, что:

1) битва Бориса Филатова против Вилкула в Днепропетровске имеет ключевое значение режима Порошенко и для страны в целом;
2) в Украине реинкарнировалась классическая постсоветская «партия власти» в виде союза БППС и Оппоблока;
3) в конкурентной равноправной борьбе «партия власти» выборы проигрывает;
4) главными врагами «партия власти» считает людей, которые остановили путинскую агрессию,
5) «партия власти» готова бороться с ними любыми способами, включая, видимо, сотрудничество с агрессором.

Тем временем медиа-обслуга проекта «Новороссия» приветствовала задержание Корбана и обыски в УКРОПе, сожалела, что вряд ли Порошенко удастся уничтожить команду Коломойского за один раз, и опасалась, что Филатов всё-таки имеет шансы стать мэром Днепра.

Всё это свидетельствует, что президент Порошенко уже давно, нерационально и неверно определил, что главный враг его не путинская Россия, а Коломойский и всё, что с ним связано. Из чего следуют два печальных вывода.

Во-первых, внешняя и внутренняя политика Украины во многом определяются нерациональными решениями президента, и это угрожает самому существованию Украины как суверенного государства.

Во-вторых, если судьба почти полсотни миллионов человек зависит от личных счётов одного человека, Украина ещё очень далека от завершения демократического транзита.

На такой благодатной почве может прорасти и слияние с реваншистами, и даже сговор с агрессором.

Смена президента не поможет – следующий станет таким же. В Украине до сих пор не оформлен новый общественный договор, не сломана постсоветская политическая система, которую гражданское общество Украины уже давно переросло.

Значит, революция не завершена.

Елена Галкина, для «Слов & Смыслов»

От редакции «Слов & Смыслов».
Позиция Елены Галкиной по вопросу о характере, причинах и следствиях конфликта между украинской центральной властью и «днепропетровской» группой может считаться дискуссионной.
«Слова & Смыслы» готовы опубликовать ответ на статью Галкиной либо материал с противоположной точкой зрения.